“Свирепое поистине и неукротимое, мы, смиренные иноки, переплываем море, исполненное многих ветров и скал, водоворотов, разбойников, смерчей и мелей, чудовищ и свирепых волн. Скала в душе есть свирепая и внезапная вспыльчивость. Водоворот безнадежие, которое объемлет ум и влечет его во глубину отчаяния. Мели суть неведение, содержащее зло под видом добра. Чудовища же суть страсти сего грубого и свирепого тела. Разбойники – лютейшие слуги тщеславия, которые похищают наш груз и труды добродетелей. Волна есть надменное и напыщенное сытостию чрево, которое стремлением своим предает нас оным зверям; а смерч есть сверженная с небес гордость, которая возносит нас (до небес) и низводит до бездн.” (Преп. Иоанн Лествичник, Лествица, Слово 26, п. 15)

Рассуждение духовное или  точнее дар  духовного рассуждения можно считать даром  высшего духовного  ума,   который сойдя  со  ступени ума  повседневного и  малого,   возвысился  до уровня  духовного прозрения  и понимания   высшего смысла  и Логоса ума большого.

Дар духовного рассуждения   – это действие  энергий благодати в человеческом сердце  и познавательной  силе  души посредством  чистой совести, позволяющее  правильно оценивать себя  и  избирать  верные  средства  и методы  на пути спасения.

Рассуждение духовное  –  это работа  духовного ума, как  результат  пробуждения сердца и  духовного сознания, зрящего  Бога  и постигающего волю Божью.

Согласно преп. Иоанна  Лествичника “рассуждение (духовное) в общем смысле в том состоит и познается, чтобы точно и верно постигать божественную волю во всякое время, во всяком месте и во всякой вещи.”

Преподобный Иоанн, как  и вся   святоотеческая  психология, различает  3 уровня или  ступени проявления дара духовного  рассуждения, который разный   у  новоначальных, средних и совершенных.

“Рассуждение в новоначальных есть истинное познание своего устроения душевного;

в средних оно есть умное чувство, которое непогрешительно различает истинно доброе от естественного, и от того, что противно доброму;

в совершенных же рассуждение есть находящийся в них духовный разум, дарованный Божественным просвещением, который светильником своим может просвещать и то, что есть темного в душах других.” (Преп. Иоанн Лествичник, Лествица,  Слово 26. О рассуждении помыслов и страстей, и добродетелей, П. 1)

Предлагаем  Вашему  вниманию подборку  цитат  святых отцов Восточной Церкви  о даре рассуждения духовного, как  одном из  высших  даров Духа.

“Рассуждение… есть свет, и рождающееся от него прозрение есть самое нужное из всех дарований. Ибо что наиболее нужно человеку, как не то, чтобы видеть тайные хитрости демонов и охранять свою душу при содействии благодати” (Сщмч. Петр Дамаскин, Творения Т.1, 146).

“Всякое дело, для того чтобы быть хорошим, требует рассуждения, и без рассуждения мы не познаем естества вещей” (Сщмч. Петр Дамаскин, Творения, Т.1, 79)

“Рассуждение есть свет, показывающий тому, кто его имеет, время, начинание, предприятие, устроение человека, крепость, знание, возраст, силу, немощь, произволение, усердие, сокрушение, навык, незнание, силу тела, сложение, здоровье и болезненность, нрав, место, занятие, воспитание, веру, расположение, намерение, поведение, небоязненность, понимание, природный ум, старание, бодрость, медлительность и подобное. Потом естество вещей, употребление их, количество, виды, намерение Божие, заключающееся в Божественных Писаниях, смысл каждого изречения… Рассуждение изъясняет все это, и не только это, но и намерение толкования святых отцов; ибо не то именно нужно, что делается, но для чего делается, говорит святой Нил. И делающий что-либо, без ведения сказанного, может быть и много трудится, но ничего не успевает достигнуть…” (Сщмч. Петр Дамаскин, Творения, Т. 1, 133—134).

“Без рассуждения ничто не бывает добрым, хотя незнающим кажется и очень добрым: или потому, что не своевременно, или сверх надобности, или сверх меры вещи, или крепости сил человека, или знания его, и по многому другому” (Сщмч. Петр Дамаскин, Творения, Т.2, 45).

“…Имеющий  дарование рассуждения получил его через смиренномудрие и потому все познает по благодати…” (Сщмч. Петр Дамаскин, Творения, Т.2, 45).

“Рассуждение знает время, потребность, устроение человека, свойство его, силу, ведение вопрошающего, произволение его, намерение Божие, смысл каждого изречения Божественного Писания и многое другое. Не имеющий рассуждения может быть и много трудится, но не достигает цели. Если же найдется человек, имеющий рассуждение, то он бывает руководителем слепых и светом для находящихся во тьме, и к нему должны мы во всем обращаться и принимать от него все, хотя может быть, по неопытности нашей, и не то находим, чего желаем. Однако имеющий рассуждение из того наиболее бывает познаваем, что он может и нежелающих и неохотных расположить к тому, что он говорит. Ибо через него действует Дух, испытающий все и совершающий Божественные дела, так, что может и не хотящий ум заставить вернуть…” (Сщмч. Петр Дамаскин, Творения, Т. 2, 62).

“Рассуждение есть око души и ее светильник, как глаз есть светильник тела: так что если это око светло будет, то и все тело (наших деяний) светло будет, если же око сие темно будет, то и все тело темно будет, как сказал Господь… (ср.: Мф. 6, 23)” (Преп. Антоний Великий, Добротолюбие, Т.5, 122).

“Некоторые часто жестоко сокрушали себя постом и бдением, пребывали в пустынном уединении, доходили до такой нестяжательности, что не оставляли себе и на один день пищи, и до того исполняли долг милостыни, что не оставалось у них имения для подаяния. Но после всего этого они… уклонились от добродетели и впали в порок. Что же было причиною их прельщения и падения? По моему мнению, не иное что, как недостаток в них рассудительности. Ибо она научает человека идти царским путем, удаляясь крайностей с обеих сторон: с правой стороны не попускает ему обольщаться чрезмерным воздержанием, с левой — увлекаться к нерадению и расслаблению. Рассудительность в Евангелии называется глазом и светильником души… (см.: Мф. 6, 21—22). Это потому, что рассудительность, исследуя все мысли и дела человека, отлучает и отстраняет всякое зло и Богу неугодное дело, и удаляет от него всякое обольщение” (Преп. авва Моисей,  Творения Иоанна Златоуста, Т. 12, 190).

“В ней (рассудительности) состоит премудрость, в ней разум и смысл, без коих нельзя ни созидать внутренний наш дом, ни собирать духовное богатство, как сказано: с премудростию зиждится дом и с разумом исправляется, и с чувством (смышленостью) исполняются сокровища богатства (ср.: Притч. 24, 3). Она называется крепкою пищею, свойственною тем, которые навыком приучили чувства к различению добра и ала (см.: Евр. 5, 14). Из этого ясно открывается, что без дара рассудительности не может стоять никакая добродетель или пребывать твердою до конца. Ибо она есть матерь, хранительница и управительница всех добродетелей” (Преп. авва Моисей, Творения Иоанна Златоуста, Т. 12, 191).

“Всею силою и со всем тщанием мы должны стараться смирением приобрести себе благой дар рассудительности, которая может сохранить нас невредимыми от чрезмерности с обеих сторон. Ибо, как говорят отцы, крайности с той и с другой стороны равно вредны — и излишество поста, и пресыщение чрева, чрезмерность бдения, и продолжительность сна и прочие излишества. Ибо знаем мы некоторых непобежденных чревоугодием, но низложенных безмерным постом и впавших в ту же страсть чревоугодия по причине слабости, происшедшей от чрезмерного поста” (Преп. авва Моисей, Творения Иоанна Златоуста, Т. 12, 199).

“Выше всякой добродетели рассудительность” (Преп. Исаак Сирин, Слова  подвижнические, 52).

“Святая сила есть дарование солнца рассудительности, поставленного между светом и созерцанием” (Преп. Исаак Сирин, Слова подвижнические, 186).

“Хранение рассудительности лучше всякого жития, каким бы способом и в какой бы человеческой мере оно проводимо ни было” (Преп. Исаак Сирин, Слова подвижнические, 420).

“Рассуждение есть совесть неоскверненная и чистое сердечное чувство” (Преп. Иоанн Лествичник, Лествица, Слово 26,  П.4, 175).

“…Рассудительность… рождает бесстрастие, от которого рождается совершенная любовь” (Преп. Максим Исповедник, Афонский патерик, 227).

“…Она (рассудительность) больше всех добродетелей, по свидетельству великих отцев наших”  (Патр. Каллист и ин. Игнатий, Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцев, 361).

“Кто плотски и противоестественно живет и действует, тот совсем потерял свою рассудительность; а кто, отклонясь от зла, положил начало творить благое… тот как только еще вводимый в область добра и ухо приклоняющий к учению, приникает мало никако к некоему чувству рассудительности, свойственной новоначальному. Кто же по естеству и душевно, т. е. смысленно и разумно живет и действует, почему и называется средним, — тот, по своей мере, и видит, и обсуждает и то, что его касается, и то, что касается подобных ему. Кто наконец выше естества и духовно живет, тот, как прошедший за предел страстного, новоначального и среднего, и благодатию Христовой достигший совершенства, т. е. всуществленного просвещения и совершеннейшей рассудительности, видит себя самого и обсуждает наияснейше, а также и всех видит и обсуждает определительно верно, сам не будучи ни от кого видим и обсуждаем верно, хотя у всех на виду находится, как говорит Апостол: духовный возстязует убо вся, а сам той ни от единого возстязуется (ср.: 1 Кор. 2, 15). Из сих первый подобен шествующему в глубокой ночи и непоницаемой тьме; почему, как блуждающий в непроглядной тьме и мраком покрытый, не только себя не видит и не обсуждает, но и того не разумеет, куда направляется и где полагает стопы свои… Второй подобен шествующему в светлую ночь, звездами освещаемую; почему, мерцаниями звезд будучи мало некако осияваем, понемногу ступает, часто спотыкаясь ногами о камни нерассудительности и подвергаясь падениям… Третий подобен шествуюшему в ночи полнолунной и тихой; почему, лучами лунными направляем будучи, идет менее заблудно и в предняя простирается, — себя видит, как в зерцале, и обсуждает, равно как и сшедствующих ему… Четвертый подобен шествующему в полдень чистейший, светлыми лучами солнца освещаемый; почему таковой и сам себя совершенно видит… и обсуждает полно и верно, и других многих, лучше же сказать, всех восстязует… сам шествуя незаблудно и последующих ему ведя непреткновенно к настоящему Свету, Животу и Истине…” (Патр. Каллист и ин. Игнатий, Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцев, 361-362).

“Предание себя воле Божией, искреннее благоговейное желание, чтобы она совершалась над нами, есть необходимое, естественное последствие истинного духовного рассуждения” (Свят. Игнатий Брянчанинов, Творения, Т. 4, 318).

“…Дар духовного рассуждения… ниспосылается от Бога исключительно инокам, шествующим путем смирения и смиренномудрия, следующим образом: рассуждение в обширном смысле состоит и познается в непогрешительном постижении Божественной воли во всяком времени, месте и деле, что свойственно одним чистым по сердцу, телу и устам” (Свят. Игнатий Брянчанинов, Т. 5, 86).

По материалам  книги “Категории христианской  психологии”