Многие люди из числа верующих, обладающие трезвым и острым умом, сохранившим функцию критичности и не впавшим в состояние слепого фанатизма, не могут не замечать целого ряда настораживающих перемен в РПЦ и всей церковной политике, которая всё больше отдаёт тоталитаризмом и милитаризмом, несовместимыми с христианскими ценностями.
Фактически на наших глазах церковь медленно, но очень уверенно из института соборности, открытости, справедливости и взаимной любви превращается в политическую партию и военизированную организацию, ведомую жёсткой имперской идеологией, которая служит в первую очередь интересам власти и которая озабочена только выживанием и своим монопольным статусом, обеспечивающим и материальное благополучие и конфессиональное превосходство.
Скандальная ситуация вокруг Главного Храма Вооружённых Сил, который реально больше напоминает военный музей, чем православный храм, окончательно открыла многим людям глаза на то, что РПЦ давно уже отошла от принципов соборности Церкви Христовой, изменила курс и идёт по пути превращения в военизированную идеологическую структуру, управляемую высшей государственной властью, задача которой – укрепление имперской идеологии и нравственно-патриотическое воспитание личности.
Ни о каком духовном делании, покаянии, смирении и спасении во Христе посредством внутреннего подвига и молитвы в духе святоотеческого предания в современной церкви – империи речи давно уже не идёт, поскольку вся церковная и духовная жизнь свелась к одному лишь обрядоверию, т.е. формальному выполнению перечня обрядовых норм и правил, главная цель которых поддержание человека в должном морально-нравственном и законопослушном статусе уважения любой власти и церковной и мирской, которая якобы от Бога.
При этом даже самому священству в современной церкви – империи отводится роль контрактников, т.е. служащих некой госкорпорации и наёмных работников, мнение которых никого не интересует и главной задачей которых является социально-религиозное обслуживание населения и как и в армии беспрекословное исполнение приказов и распоряжений высшего церковного руководства, которое реализует по существу высшую государственную политику и идеологию, а не следует преданию и учению отцов церкви.
Говоря другими словами, на наших глазах церковь претерпевает глубокую метаморфозу превращения из соборного и общинного института в военизированную структуру, которая только внешне прикрывается религиозностью и статусом церкви, а на самом деле решает совершенно конкретные материальные, идеологические, социальные и политические задачи в интересах власти, причём, стоящей на позициях капитализма и империализма.
Данная ситуация не может не вызывать внутренний протест у многих истинно верующих и прежде всего тех, кто глубоко знаком с основами христианства и православия, а также святоотеческим наследием и преданием, которое чётко следует принципам аскетики и разделения мирского и духовного, а потому никогда не смешивает «кесарево и Божье», а тем более не манипулирует духовными понятиями и категориями, распространяя духовное на мирское и наоборот.
Данный протест совести и внутреннего духовного чувства против извращения и искажения веры и принципов христианства выливается в скрытое и открытое не желание отдельных настоятелей и пастырей следовать антихристианскому курсу высшего церковного руководства, как курсу мирской (светской) политики и идеологии под видом православия.
Примеры подобных протестов и актов неповиновения церковному руководству мы видим в лице опального схиигумена Сергия (Романова), захватившего женский монастырь на Урале и протоиерея Владимира Головина и других опальных священников и настоятелей попавших в не милость к церковному руководству.
Данная ситуация выглядит очень настораживающе и если высшее церковное руководство не предпримет мер к возвращению церкви в лоно общинности, соборности и церковного предания, то ситуация грозит выходом из под контроля ряда монастырей уже в ближайшее время, а также церковными бунтами и началом протестного движения внутри РПЦ, что будет равнозначно очередному расколу церкви и исходу из РПЦ большого числа верующих.
Данный сценарий вполне реален на фоне нынешней имперской политики высшего церковного руководства, которая в геометрической прогрессии плодит число недовольных и возмущённых со стороны как верующих, так и самих священнослужителей, выводимых за штат или запрещаемых в служении за правду и критику священноначалия.
К слову многие из тех священников, кто был выведен за штат и запрещён в служении за критику курса церковного руководства по примеру протодиакона Андрея Кураева, священника Глеба Якунина (диссидент), Фёдора Людоговского (создатель сайта Ахилла), Алексея Плужникова (создатель сайта Ахилла), Андрея Федосова (киберпоп), Дмитрия Свердлова, Александра Шрамко и многих других становятся активными блоггерами и центрами притяжения всех возмущённых подобной политикой церковного руководства.
Даже самый непредвзятый и поверхностный взгляд на эту ситуацию убедительно говорит о том, что эти центры сосредоточения оппозиции церковному руководству уверенно расширяются и превращаются в достаточно мощное и массовое, хотя и очень стихийное и совершенно неорганизованное антиклерикальное и антицерковное движение, которое набирает силу и с которым ничего не может поделать нынешнее церковное руководство, следуя своему жёсткому идеологическому курсу.
Нет сомнений в том, что подобная ситуация уже знаменует собой предраскольное состояние церкви и до фактического раскола остаётся всего один не верный шаг, который однажды неминуемо будет сделан.
Как писал 150 лет назад святитель Игнатий (Брянчанинов) – «Судя по духу времени и по брожению умов, должно полагать, что здание Церкви, которое колеблется уже давно, поколеблется страшно и быстро. Некому остановить и противостать. Предпринимаемые меры поддержки заимствуются из стихии мира, враждебного Церкви, и скорее ускорят падение ее, нежели остановят. Опять скажу: буди воля Божия! Что посеют, то и пожнут! Что посеяли, то и жнут! Последнее можно сказать о преподавании закона Божия» (Свят. Игнатий Бранчанинов, Письма, Письмо 249)
В данной связи нынешняя ситуация в церкви почти зеркально подобна той, которая имела место более 100 лет назад. Можно ли понять логику происходящего и предположить возможные сценарии выхода из этой ситуации ?
Отчасти логику происходящего понять можно и эта логика сводится к тому, что на наших глазах очень болезненно обесценивается и рушится практически всё здание восстановленной Сталиным в 1943 г. казённой и официальной церкви – империи, которая была плодом никоновского раскола и петровских реформ, как инструмент государственной и имперской политики. Иными словами уже тогда в 1650 г. церковь потеряла основу соборности и общинности, став религиозной госкорпорацией и империей, управляемой императором, отошедшей от аскетического предания отцов и наследия учителей церкви и ставшей на полусветский и имперский путь развития.
Можно сказать, что в 1943 г. Сталин вместе с Московским патриархатом восстановил уже изначально нежизнеспособный прообраз умершей в 1917 г. самодержавной церкви – империи, только восстановил под жёстким контролем НКВД, а позднее КГБ. Иными словами, в 1943 г. был восстановлен по сути мёртвый и нежизнеспособный Московский патриархат, который был полностью подконтролен власти и всей силовой системе в лице НКВД и КГБ.
Именно это крайне пагубное влияние армейщины и силовой системы на церковь и отразилось во всей полноте в Главном Храме Вооружённых Сил, дав понять какой дух живёт в недрах казённой церкви и какие формы этот дух воспроизводит в лице Сталина и других государственных деятелей на мозаиках храма. Вот откуда берут начало корни церковного милитаризма.
Второй крайне серьёзной проблемой РПЦ и Московского патриархата является то, что в 1943 г. была восстановлена структура дореволюционной и монархической церкви – империи, которая изначально была ориентирована на капитализм и частную собственность.
Дело в том, что период наиболее активного развития РПЦ и Московского патриархата приходится на конец 80-х начало 90-х годов, когда церковь получила максимум свобод и привилегий. Но мало кто понимает, что это был одновременно и период развития дикого капитализма в России, столь близкий по духу самодержавной церкви – империи.
Именно в этот период церковь и стала обзаводиться собственностью, превращаясь в мощнейшую финансово-хозяйственную корпорацию, которой требовалось соответствующее управление и менеджмент. Из этого собственнического начала и необходимости жёсткого и эффективного управления огромными активами и вытекает жёсткая имперская политика РПЦ и высшего церковного руководства, несовместимая с принципами христианской общинности и соборности.
Данная ситуация развивалась для РПЦ относительно безоблачно до тех пор, пока сохранялся прежний империалистический курс на державность и монархизм, подогреваемый олигархическими элитами, ратовавшими за победу капитализма в России. Именно отсюда вытекают и все монархические настроения в церкви, включая патриотический радикализм и культ церебожия, как попытка возрождения монархии. Но в 2020 г. на волне пандемии и угрозы создания цифрового концлагеря ситуация в церкви радикально поменялась.
Высшее руководство страны стало осознавать всю гибельность империалистического курса для России на фоне продажности олигархических элит, устремлённых на Запад, на фоне катастрофического обнищания простого народа. Можно сказать, что в 2020 г. в России на фоне репетиции цифрового концлагеря, пожалуй, впервые за всё время запахло революционными настроениями и массовыми протестными акциями.
С известной долей допущения можно сказать, что в 2020 г. на фоне массовых беспорядков и фактически гражданской войны в США, Россия впервые всерьёз почувствовала возможность повторения революционной ситуации, причём, не просто повторения, а отката страны назад к советским и социалистическим духовно-нравственным ценностям, которые обеспечивают больший порядок и социальную стабильность на фоне либеральных ценностей и капиталистических. К тому же советские ценности не изжиты из генетической памяти многих советских людей.
Говоря другими словами, надежды самодержавной церкви – империи на возврат монархии и дореволюционной ситуации торжества русского капитализма после пандемии рухнули в одночасье, поскольку откат к советским духовно-нравственным ценностям не только не сулит самодержавной церкви – империи ничего хорошего, но фактически отметает её как буржуазный институт собственничества и религиозного тоталитаризма, где поп символизирует того же буржуя и эксплуататора.
В известной мере возврат к советской морали и идеологии даже отметает сам институт церкви, как таковой, особенно как инструмент социального регулирования, оставляя её лишь как архаичный пережиток для пожилых и социально неблагополучных людей, придерживающихся традиционных и устаревших убеждений.
Это вторая и политическая причина разворачивающегося в РПЦ кризиса, который грозит полной сменой церковной модели, которая реально устарела и не вписывается в формат социалистических отношений и социалистической морали и нравственности, если последние действительно станут востребованы социумом и у власти не останется вариантов сохранения империализма и олигархизма.
Существуют ли варианты выхода церковью из данной кризисной ситуации ?
Варианты выхода РПЦ из данной ситуации, несомненно, существуют, но они требуют политической воли и решимости признания ошибок и заблуждений отклонения курса, а с этим имеются самые большие проблемы. Именно поэтому резкой перемены курса со стороны высшего церковного руководства не последует, а будет вероятнее всего попытка до последнего держаться за уходящую имперскость и самодержавность, прибегая к помощи силовых структур и мощи государства.
Что это означает для простых верующих ?
Для простых верующих это означает быть разменной монетой в больших церковно-государственных интригах и играх в обновленчество, а также сохранение собственности и влияния высокими церковными воротилами и кланами.
Фактически церковь (с маленькой буквы) в лице РПЦ МП ставится перед фундаментальным выбором:
1) или покаяния в отступлении от учения Христа и сотрудничестве с КГБ для возврата к соборности, общинности и святоотеческому преданию или
2) обновленчества и попыток скрещивания церковного учения с идеологией, светской психологией и социальными науками.
События последних дней говорят о том, что обновленчество – это наиболее вероятный путь выхода из кризисной ситуации, который разделяет большая часть омирщённого духовенства и коррумпированного клерикального лобби РПЦ. Данный путь по существу растягивает существующую в церкви кризисную ситуацию на неопределённый срок, позволяя избегать хаоса и неуправляемости.
Вместе с тем, путь обновленчества в отрыве от святоотеческой традиции – это гибельный для церкви в конечном счёте путь откровенной религиозной профанации и подмен, связанный с ещё большим отходом от подлинной святоотеческой традиции и учения отцов церкви. Вместе с тем, путь обновленчества выглядит сегодня более привлекательным и понятным для основной массы простых людей и либерально настроенной молодёжи, в отличие от исконной аскетической традиции и учения отцов.
В данной связи внутри РПЦ в любом случае будет иметь место усиливающийся раскол между обновленцами, пытающимися всеми силами осовременить и приспособить православие к требованиям времени, и староверами, придерживающимися древнего предания отцов церкви и святоотеческого духовного наследия.
Последних будет не очень много, но они будут, как наиболее трезвые и осознанные, способные самостоятельно и без помощи армии посредников принимать духовные решения и устанавливать прямые и непосредственные отношения с Богом.
“А жена убежала в пустыню, где приготовлено было для нее место от Бога” (Откр. 12; 6)
