В предыдущей главе мы рассмотрели два базовых состояния человека по учению Христа и святых отцов Восточной Церкви: «ветхое», как состояние в системе греха и повреждения эгоизмом, а потому страстное, тленное и смертное, и «новое», как состояние полного преображения и исцеления от эгоизма и греха в процессе духовно-аскетического подвижничества, а потому безстрастное, нетленное и безсмертное.

Также мы рассмотрели природу и основные отличия данных состояний, которые олицетворяют собой два противоположных полюса когнитома, соответствующие с одной стороны предельному уровню хаоса в системе энергий тела, души и духа «ветхого» человека и с другой стороны – предельному уровню порядка во всей тримерии «нового» человека, как олицетворения духовного совершенства в аспекте тела энергии, которое становится конечным итогом духовной трансформации «ветхой» природы и обладает совершенно удивительными свойствами, выходящими за рамки законов физики твёрдого тела.

Как было сказано ранее, «новое» тело энергии во всей полноте сверхъестественности было явлено Иисусом Христом после своего воскресения и с тех пор в христианской традиции считается вершиной духовного совершенства человека и целью каждого христианина, идущего путём совершенной веры и стремящегося к духовному безсмертию. Как известно из предыдущей главы, тело энергии обладает целым рядом удивительных качеств, свойственных не материи, а энергии, в числе которых безсмертие, способность к мгновенному перемещению в пространстве, возможность прохождения сквозь любые преграды и препятствия, отсутствие потребностей в пище и т. д. и т.п.

Все данные свойства обусловлены исключительно нематериальной природой «нового» человека, который является олицетворением уже сверх человеческого. В числе удивительных свойств тела энергии «нового» человека можно отметить прямое восприятие энергии Логоса с помощью весьма специфической формы внимания, которое во многом подобно обычному вниманию в мире повседневности, но в отличие от него направлено исключительно на мир энергии, а не материи, а потому является как бы «вторым вниманием», которое проявляется в тонком мире или мире сновидения.

Иными словами, «второе внимание» можно считать дополнительным вниманием тела энергии «нового» человека, которое по учению святых отцов дано человеку для постижения не материального, а сугубо духовного мира. Проще говоря, феномен «второго внимания» есть то утраченное свойство, которое делает человека в полном смысле слова телесно-духовным созданием, как бы восполняя совершенство человека и открывая восприятию через духовное сердце закрытую дверь во внутреннюю вселенную духа, как мир божественных энергий.

До момента соединения ума с духовным сердцем эта дверь во вселенную духа, представленная на рисунке «игольным ушком», была плотно закрыта, а после соединения дверь открылась и человек получил возможность впервые увидеть вселенную Логоса своим «вторым вниманием» духовного ума и сознания. Таким образом, в этой главе мы поговорим о «втором внимании», которое служит подтверждением факта рождения свыше, как выхода сознания и восприятия за рамки малого логоса, а также том особом искусстве управления умом и мышлением, которое позволяет достигать «второго внимания» и управлять им в тонком духовном мире, известном как искусство сновидения.

Говоря о «втором внимании», следует сразу сказать, что его природа непостижима, но по проявлению оно во многом аналогично «первому вниманию» повседневного мира. Разница между первым и вторым вниманиями состоит в направленности на разные мерности пространства и отличиях носителей внимания. Если «первое внимание» касается мира материальной повседневности и связано с органами физического тела человека, то «второе внимание» касается исключительно тонкого мира энергии (мира сновидения), и также связано с органами восприятия, но уже не тела физического, а тела энергии, как основы «нового» человека, имеющей более тонкую и нематериальную природу.

Иными словами, «второе внимание» – это тоже когнитивный процесс, т.е. процесс познания и восприятия, только он касается аспектов энергии в мире энергии и не связан напрямую с высшей нервной деятельностью, поскольку задействует не психику, а сугубо духовное сознание и восприятие, как высшую и «текучую» часть когнитома, которая может отделияться от тела, выходить за порог восприятия и фокусироваться на объектах или явлениях духовного мира. Проще говоря, «второе внимание» можно определить как внимание самой души, вышедшей за пределы плоти (тела) и перешедшей в иную мерность вселенной Духа, начав воспринимать мир таким, каков он есмь в реальности по смерти и за гробом, сугубо духовными органами.

При всей сложности определения, феномен «второго внимания» известен в психологии в самых разных видах и формах т.н. внетелесного или трансперсонального опыта, связанного с удивительной способностью, именуемой «аутоскопией» как возможностью восприятия и наблюдения своего собственного физического тела со стороны (как правило спящего или находящегося под наркозом). Феномен «аутоскопии» не редкость в медицине, он описан, многократно подтверждён и о нём знают многие медики и священники. Именно этим феноменом и объясняются многочисленные факты (артефакты) «видения» оперируемыми, находящимися под глубоким наркозом, своего собственного спящего тела и всех врачебных манипуляций с ним и разговоров персонала.

Данный опыт, к слову, был хорошо описан в книге Ю.Н. Вознесенской «Мои посмертные приключения», а также неоднократно освещался профессором МДА А.И. Осиповым, как случай, произошедший с близким его хорошего знакомого, который ожил в «морге» (мертвецкой) после установления факта клинической смерти и в тонком теле сновидения путешествовал некоторое время по разным местам на земле пока не вернулся обратно в физическое тело. Таких фактов внетелесного опыта в каждой религии мира имеется огромное количество, что даёт все основания полагать о единой природе данного феномена, связанного со спецификой самого внимания и восприятия, могущего как бы расщепляться.

Таким образом, «второе внимание» – это своего рода естественно-сверхъестественная возможность к восприятию окружающей реальности не только физическим телом, но и тонким телом энергии (душой), которая (возможность) при жизни человека практически не проявляется, а имеет место как внутренняя и скрытая потенциальная возможность, а проявляется только в особых и чрезвычайных ситуациях. Данная способность внимания и восприятия к раздвоению по всей видимости является фундаментальным свойством Логоса, как заданной свыше возможностью обретения энергетического «двойника» личности посредством расширения и дублирования когнитома с помощью особых духовных практик утончения и самодублирования сознания. В православной традиции такими практиками являются: покаяние, исихия, ночное бдение и умная молитва, объединённые в аскетической традиции общим понятием умного делания, которое и составляло основу всего древнего духовно-аскетического подвижничества.

Иными словами, можно предположить, что духовные подвижники и аскеты самых разных мировых религий и духовных учений целенаправленно используют уникальные возможности «второго внимания», чтобы овладеть им ещё при жизни во плоти, тем самым, как бы «утончив и расширив себя» в сторону Духа (Логоса) через духовное сердце, а это и есть расширение осознания и восприятия до возможности воспринимать мир энергии, в который и должен будет войти каждый человек после смерти тела. Проще говоря, практику пробуждения и овладения «вторым вниманием» можно сравнить с осознанной практикой подготовки к смерти и посмертному существованию в теле энергии.

Таким образом, развитие «второго внимания» – это по существу уникальный и трансцендентный способ ещё при жизни в физическом теле ощутить и почувствовать то, что представляет собой бесплотная и загробная жизнь души, как тонкого тела энергии. Можно допустить, что в развитии феномена «второго внимания» посредством умного делания (делания тела духовного ума) и заключается высшее духовное подвижничество на ступенях иночества, схимы и исихии, как заключительной стадии подготовки христианского подвижника к разлучению с миром и физическим телом перед окончательным переходом в Логос.

В массовой религии по понятным причинам знание о «втором внимании» попросту отсутствует в силу его чрезмерной сложности, искусительности и отсутствия самой задачи его развития у большинства воцерковляющихся и мирян, которым оно и не нужно и которые не достигают вершин веры совершенной, требующей прохождения второго когнитивного порога 12-го слоя со «вторым оглашением», «вторым крещением» и «вторым посвящением» в высшее духовное знание и делание. Абсолютное большинство верующих людей довольствуется 7-м – 9-м слоями душевного ума и не более того. Для выхода на уровень «второго внимания» в современной массовой религии просто нет никаких условий, поскольку для этого требуются очень опытные духовные учителя и старцы, владеющие умным деланием и умной молитвой, которых сегодня уже нет в рамках официальной церкви и религии. Даже на ступенях схимы и исихии достижение «второго внимания» – это удел очень мизерной части совершенных подвижников.

Таким образом, «второе внимание» – это фактически закрытая для массовой религии и большинства верующих специфическая категория и тема, имеющая отношение только к очень узкой группе отречённых от мира совершенно верующих и посвящённых в высшее духовное знание и делание. Из истории подвижничества известно, что практическая работа со «вторым вниманием» возможна в рамках хорошо законспирированных и закрытых от мира духовно-аскетических течений, групп, общин, скитов и обителей, где тайно поддерживается данная традиция и есть реальные учителя, практикующие древние методики совлечения «ветхого» человека отцов-подвижников уровня Антония Великого, Макария Египетского, Иоанна Лествичника, Исаака Сирина и др.

Пробуждение «второго внимания» – это очень не простой трансцендентный процесс, который связан даже не с вертикализацией горизонтального ума и мышления, а связан с достижением уровня интегрального сознания (духовного ума), как ума наиболее утончённого, с которого и становится возможен выход в Логос за границу малого логоса (17-го слоя) откуда открывается доступ ко «второму вниманию» и телу энергии. Для пробуждения «второго внимания» требуется приложить просто титанический объём усилий по очищению, утончению и изменению ума посредством практик безмолвия, созерцания, умной молитвы и ночного бдения (осознанного сновидения). Именно поэтому это удел только многоопытных подвижников и духовных практиков.

Что любопытно, в некоторых случаях возможно и спонтанное пробуждение «второго внимания» на слоях не духовного, а душевного и даже телесного ума под воздействием каких-либо экстраординарных обстоятельств и внутренних факторов, связанных со смещением фокуса сознания за границу малого логоса. В этом случае человек просто испытывает неординарный трансцендентный опыт, включая и опыт «аутоскопии», который позднее чаще всего забывается как сон. В то же время целенаправленное пробуждение и развитие «второго внимания», как навыка, требует совершенно определённых условий и грамотного духовного руководства, когда опытный учитель, как духовный проводник в Логос и практик, лично помогает ученику открыть дверь духовного сердца, ведущую ко «второму вниманию» и телу энергии, поскольку самостоятельно это сделать крайне сложно.

Отличительной особенностью «второго внимания», как трансцендентной (транспортной) способности сознания и восприятия, является то, что оно базируется на «первом внимании» и малом логосе, задействуя всю их энергию практически без остатка. Это значит, что открытие «второго внимания» и овладение им требует совершенного когнитома и малого логоса, как наиболее устойчивой и энергетически сильной когнитивной структуры, имеющей максимальную плотность связей на всех слоях и уровнях сознания, что предполагает совершенный интегральный ум и мышление. Слабый ум, как энергетически «малосильный» когнитом, при всём желании не сможет пробудить и овладеть «вторым вниманием», что является уделом духовно сильных людей.

Это и есть ответ на вопрос о том почему носители горизонтального (рационального) ума и вертикального (нравственно-религиозного) не могут пробуждать и развивать «второе внимание» минуя высшую стадию развития интегрального ума и мышления слоёв сознания выше 13-го. В данной связи развитие «второго внимания» требует всей полноты отречения от мира, что в настоящее время крайне затруднительно и практически невозможно для большинства подвижников. В то же время во все времена была и есть та мизерная группа практиков, которым всё же удаётся ценой огромных усилий добраться до «второго внимания» и почувствовать его как окно иллюминатора и полноценную дверь в духовный мир.

Когда «второе внимание» всё же достигнуто, что означает выход ума за границу 17-го слоя малого логоса, – это является большой вехой для любого подвижника с которой начинается фактически новый этап практики по развитию и расширению сферы «второго внимания», которое развивается примерно по тому же алгоритму и схеме по которой у человека развивается и «первое внимание» сразу же после рождения. В данной связи развитие «второго внимания» в теле энергии «нового» человека очень напоминает развитие обычного человеческого ребёнка во плоти, который проходит после рождения длительный путь адаптации к новой реальности. Почти то же самое происходит и с внутренним ребёнком энергетического тела, который пробужденным «вторым вниманием» начинает постигать и осваивать новую для него духовную реальность.

При том, что категория «второго внимания» является неотъемлемой частью всей духовно-аскетической и религиозной культуры мира, включая и христианскую, сам феномен «второго внимания» практически не описан в религиозной и церковной литературе в силу его специфичности. Из святых отцов Восточной Церкви только у одного из основателей исихазма преподобного Симеона Нового Богослова можно найти упоминание о разных видах внимания:

«Есть три образа внимания и молитвы, коими душа возвышается и преуспевает или низвергается и гибнет. Кто эти три образа употребляет в свое время и как следует, тот преуспевает, а кто употребляет их неразумно и не вовремя, тот низвергается.» (Преп. Симеон Новый Богослов, Слова, 68, 1)

Другим источником, где есть некоторые сведения о «втором внимании», являются книги американского антрополога Карлоса Араны Кастанеды, который проходил в течение 15 лет обучение у аскета и индейского мага дона Хуана Матуса, линия которого несколько веков тайно существовала под крышей иезуитской церкви.

«Они [маги] рассматривали второе внимание как полноценную сферу действия подобную обычному повседневному вниманию. Дон Хуан подчеркнул, что маги действительно обладают двумя полноценными сферами деятельности. Одна из них – небольшая – называется первым вниманием, осознанием мира повседневности, или фиксацией точки сборки в привычном положении. Вторая сфера деятельности гораздо больше первой. Это – второе внимание для осознания иных миров, или фиксация точки сборки в огромном множестве всех возможных положений.» (К. Кастанеда, Искусство сновидения)

Таким образом «второе внимание» есть не что иное, как результат фиксации фокуса сознания (точки сборки) за границей малого логоса, что и означает выход тела энергии через дверь духовного сердца во вселенную миров Логоса, которые открыты и ждут духовного человека согласно притче «О брачном пире». Из этой цитаты К. Кастанеды не сложно понять, что перемещение по мирам вселенной Логоса осуществляется посредством смещения фокуса сознания и фиксации его в новых положениях, а для этого нужно обладать огромным потенциалом энергии сознания, как энергии благодати.

Именно поэтому войти во вселенную Логоса и попасть на «Брачный пир» может лишь та душа, как тело энергии, которая облачена в «брачные одежды», символизирующие самое яркое свечение когнитома гиперсети духовного сознания. Из предыдущего материала уже известно, что самым ярким свечением обладает интегральный ум и мышление, олицетворяющее духовное состояние когнитома человека, имеющее максимальную плотность и утончённость гиперсети сознания.

Данные ситуацию можно отразить визуально как соотношение когнитомов «ветхого» состояния и «нового».

В данной связи, «второе внимание» правомерно считать данностью духовного состояния человека, которая была присуща первозданному человеку, как телесно-духовному, но была им утрачена после «грехопадения» и повреждения эгоизмом, когда силы души пришли в разлад, став рабами «первого внимания», как восприятия только материальной части мира. При этом обретение «второго внимания» – это и есть способ восстановления утраченной целостности сознания и телесно-духовной полноты внимания и восприятия.

«достижение второго внимания объединяет оба внимания воедино и это единство является целостностью самого себя». (К. Кастанеда, Второе кольцо силы)

Как уже говорилось выше, в христианской традиции на высших ступенях подвизания (схимы и исихии) основой для развития «второго внимания» и окончательного совлечения «ветхого» человека являются практики: покаяния (перепросмотра), умной молитвы и ночного бдения в ходе которых и происходит смещение фокуса сознания (точки сборки) на самые верхние орбиты и слои малого логоса, вплоть до 17-го слоя и далее. При этом из названных практик святые отцы отмечают особую важность именно ночного бдения, как наиболее эффективного способа совлечения «ветхого» человека.

«Всякая ночная молитва полезнее тебе всех дневных подвигов. Ночью ум в краткое время воспаряет как бы на крыльях и возносится до услаждения Богом, скоро приидет в славу Его и по своей удобоподвижности и легкости плавает в ведении, превышающем человеческую мысль.

Поэтому избери себе делание усладительное – непрестанное бдение по ночам, во время которого все отцы совлекались ветхого человека и сподоблялись обновления ума.» (Преп. Исаак Сирин, Слова подвижнические, 353).

В данной цитате преподобный Исаак Сирин фактически прямым текстом говорит о главной цели всего духовного делания христианского подвижника – обновлении ума, что буквально означает переход с рационального эго ума высшего хищника на интегральное мышление Логоса посредством вертикализации сознания и смещения фокуса (точки сборки) с 3-го слоя до 15-го и выше.

При этом главным и наиболее эффективным средством вертикализации ума и мышления преподобный и учитель всех монашествующих считает бдение по ночам, что на языке современной психологии означает осознанное и контролируемое сновидение во «втором внимании», когда погрузившись в сновидение ум сохраняет трезвость (бдительность) и контролирует всё происходящее так же чётко и ясно, как это бывает в повседневной жизни. Фактически контролируемое сновидение есть не что иное, как процесс превращения сна в полноценную реальность, когда «ветхий» человек уступает место «новому» и духовному, т. е. безплотному.

«Если монах с рассудительностью пребывает в бдении ночном, то увидишь в нем как бы неплотоносца [безтелесного]» (Преп. Исаак Сирин, Слова подвижнические, 352).

Собственно это и есть не что иное, как переживание посмертного состояния бытия в вечности Логоса.

«Праведные, проводившие ночи во бдениях, живы и по смерти» (Прп. Ефрем Сирин, Творения, Ч. 3, 317).

Таким образом искусство ночного бдения можно в полной мере считать способом овладения полного контроля над сном, как своего рода искусством сновидения и главным условием входа в духовную реальность посредством «второго внимания». В данной связи у большинства православных христиан сразу же сработает базовый якорь обрядоверия, как установка на избегание темы сновидений и полное неверие снам:

«Бесы многократно преобразуются в ангелов света и в образ мучеников и представляют нам в сновидении, будто мы к ним приходим; а когда пробуждаемся, то исполняют нас радостию и возношением… Кто верит снам, тот вовсе не искусен; а кто не имеет к ним никакой веры, тот любомудр» (Преп. Иоанн Лествичник, Лествица, Слово 3. О сновидениях, бывающих новоначальным. 28)

Но данное предупреждение преподобного касается преимущественно новоначальных, как не искусных практически во всём духовном. Применительно к совершенным и искусным у святых отцов совершенно иное отношение к снам и сновидениям:

«Тщательный [искушенный] может и по сновидениям угадывать движения и расположения души, и соответственно тому направлять попечение об устроении своего духовного состояния» (Преп. Никита Стифат, Добротолюбие, Т. 5. Вторая сотница естественных психологических глав об очищении ума, 54)

В этой мысли преподобный уже совершенно чётко говорит о возможности использования искушенными практиками снов и сновидений для направления духовной жизни в правильное русло. Далее преподобный ещё больше расшифровывает свою мысль применительно к видам сна:

«Из того, что представляется во время сна, иное есть мечтание, иное видение, иное откровение.

Мечтания суть такие сновидения, которые не стоят неизменными в воображении ума, но которым предметы перемешиваются, одни вытесняют другие, или изменяются в другие; от них никакой не бывает пользы, и самое мечтание их исчезает вместе с пробуждением…

Видения суть такие сновидения, которые во все время стоят неизменными, не преобразуются из одного в другое и так напечатлеваются в уме, что остаются на многие лета незабвенными: они показывают сбытие будущих вещей, доставляют душе пользу, приводя ее в умиление…

Откровения суть сущие выше всякого чувства созерцания чистейшей и просвещенной души, представляющие дивные некие божественные дела и разумения, тайноводство сокровенных Божиих тайн, сбытие наиважнейших для нас вещей…» (Преп. Никита Стифат, Добротолюбие, Т. 5. Вторая сотница естественных психологических глав об очищении ума, 55)

Примерно то же самое говорит о сновидении и святитель Феофан Затворник:

«Между сими сновидениями различают три рода: одни беспорядочные, о которых пишет Сирах: якоже емляйся за стенъ, или гоняй ветры, тако емляй веру сном (ср.: Сир. 34, 2). Другие вразумительные, кои в человеке, начинающем приходить в сознание, влагаются Богом или Ангелом Хранителем. О них Иов говорит, что, во время сна и в ночных видениях, когда объемлет человека сон, когда он спит на постели, Бог открывает ухо его и, научив его, запечатлевает для того, чтоб отвесть человека от дела худого, чтоб удалить от него гордость и чтоб удержать душу его от могилы (см.: Иов. 33, 15— 18). Третьи, наконец, бывают особенные сны – Божественные, пророческие. Об них говорит Сам Бог: аще будет в вас пророк, в видении познаюся ему, и во сне возглаголю ему (ср.: Чис. 12, 6).» (Св. Феофан Затворник, Воплощённое домостроительство, О сне, с. 362)

Собственно данные цитаты святых отцов о сновидении ещё раз подтверждают высказанную выше мысль о том, что внимание сновидения («второе внимание») есть вход во вселенную Логоса для искушенных и совершенных, как самый эффективный способ совлечения «ветхого» человека и облачения в «нового», перед которым открыта целая духовная вселенная.

«Сновидение раскрывает перед нами возможность восприятия других миров. Мы можем описывать эти миры, но не способны описать то, что позволяет нам их воспринимать. И в то же время нам дано ощутить, каким образом сновидение открывает перед нами вход в иные сферы бытия.» (Карлос Кастанеда, Искусство сновидения)

Говоря о «втором внимании» и сновидении с точки зрения психологии Логоса, приходится преодолевать давнюю защитную установку синодального богословия, связанную с устойчивым предубеждением к снам и сновидению, как к чему-то греховному, постыдному, порочному и даже дьявольскому, что никак не связано с Богом и православной верой.

Данная установка была внедрена в массовую религию очень давно с целью перестраховки и разделения совершенной подвижнической веры от веры массовой и обрядовой, дабы не искушать умы мирян и новоначальных духовной мистикой и сверхъестественными возможностями раньше времени, а затем прочно закрепилась в церкви. Вместе с тем вся библейская история обращается к сновидению и убедительно говорит о том, что именно через сон и сновидения Бог (Логос) общался в праведниками и пророками и именно сновидение было основным каналом для назидания, предупреждения и передачи важной информации и духовного знания.

Так из Писания известно, что именно во сне Господь говорил Аврааму (см.: Быт. 15: 12) и языческому царю Авимелеху (см.: Быт. 20: 3–6); во сне получил видение от Господа патриарх Иаков (см.: Быт. 28: 12); посредством сна был вразумлён Лавана (см.: Быт. 31: 24); вещий сон видел в юности патриарх Иосиф (см.: Быт. 37: 6–9), он же давал толкование вещим снам египетских виночерпия и хлебодара (см.: Быт. 40), а затем и фараона (см.: Быт. 41: 15–32); «в Гаваоне явился Господь Соломону во сне ночью» (3 Цар. 3: 5); пророк Даниил толковал вещий сон Навуходоносора (см.: Дан. 2) и сам видел во сне «пророческие видения» (Дан. 7: 1) и т.д.

И в Новом Завете сновидения также являются каналом общения Бога с человеком. Так, дважды во сне являлся ангел Иосифу, извещая ему волю Божию (Мф. 1; 20) (Мф. 2; 13); во сне были предупреждены волхвы, чтобы не возвращаться к Ироду (Мф 2; 12); наконец, жена Пилата видела страшный сон, когда муж ее вершил суд над Иисусом Христом. Тот сон был дан ей как знак праведности Иисуса. Она сказала Пилату: «Не делай ничего Праведнику Тому, потому что я ныне во сне много пострадала за Него» (Мф. 27: 19) и т. д.

Таким образом сновидение и само искусство осознанного сновидения было распространённой духовной практикой в библейский период, которая была позднее попросту табуирована и запрещена в массовой религии, как элемент повышенного искушения и риска. Вместе с тем, в аскетической традиции и исихазме искусство сновидения в состоянии «второго внимания» – это по существу и есть практика высших ступеней молитвенного делания в виде зрительной и восхищенной молитвы, сопровождающейся трансцендентным эффектом расщепления восприятия и перехода с «первого внимания» на «второе». Весь вопрос правомерности использования практики осознанного сновидения верующи определяется чистотой духовного сердца, как верно заметил святитель Феофан Затворник:

«По мере очищения сердца очищаются и сновидения, так что у святых и совершенных они бывают как бы продолжением их бодрственной деятельности. Не простирается ли она даже до сохранения самодеятельности и самоуправления?»  (Св. Феофан Затворник, Воплощённое домостроительство, О сне, с. 364)

В данном случае «до сохранения самодеятельности и самоуправления» есть не чсто иное, как осторожное допущение святителем Феофаном тайны перехода или перерастания внимания сновидения в полноценную сферу самосознания, как «нового» духовного человека, который создаётся через расширение «второго внимания», как внимания сновидения.

Говоря об искусстве сновидения, нельзя не сказать о том, что во всей мировой духовной и эзотерической культуре издавна существует представление о «вратах сновидения», которых существует семь по самым разным духовным источникам преимущественно оккультного характера — от Елены Блаватской и Николая Рериха — до герметизма, египетской магии и учения дона Хуана, описанного К. Кастанедой в своих книгах. При этом в разных источниках под вратами понимаются совершенно разные духовные категории и из всех названных источников именно Кастанеда даёт наиболее глубокое, точное и системное понимание и самого искусства сновидения и семи его врат, упоминая при этом только о четырёх.

«Сновидение есть отдельное искусство закалки энергетического тела, искусство придания ему гибкости и координации посредством постепенной тренировки. Практикуя сновидение, мы уплотняем энергетическое тело, пока оно не становится воспринимающей единицей. Восприятие, которым обладает энергетическое тело, – независимо, хотя и подвержено влиянию со стороны нашего обычного повседневного восприятия. Энергетическое тело воспринимает в своей собственной отдельной сфере.

– Что это за сфера, дон Хуан?

– Энергия. Энергетическое тело воспринимает энергию как собственно энергию. В процессе сновидения оно может обращаться с энергией тремя различными способами: воспринимать потоки энергии, использовать энергию в качестве толкателя, чтобы, подобно ракете, перелететь в какие-нибудь совершенно неожиданные пространства, или воспринимать так, как мы обычно воспринимаем мир.» (К. Кастанеда, Искусство сновидения, Первые врата сновидения)

Что представляют собой врата сновидения ?

«Врата сновидения» с точки зрения психологии Логоса представляют собой препятствия или энергетические барьеры за границей малого логоса, которые нужно преодолеть для обретения полной свободы. «Врата сновидения» можно условно сравнить с уровнями на которых происходит совершенствование тела энергии «нового» человека, которые открывают ему новые духовные возможности.

На данной схеме «врата сновидения» представлены семью условными слоями, лежащими за границей духовного сердца в направлении Логоса. Данный материал не ставим задачи подробного освещения всех врат, поэтому вкратце перечислим все врата и их особенности.

Так, первые «врата сновидения» – это фактически первый трансцендентный уровень выхода сознания и восприятия через канал духовного сердца за границу малого логоса во вселенную Духа. Момент преодоления первых врат непосредственно связан с активизацией «второго внимания» тела энергии, которое достигает такой степени утончёности восприятия и осознанности, когда человек может осознавать сам момент засыпания, как момент трансцендентного перехода от первого (повседневного) внимания и восприятия ко второму со стабильным удержанием его в состоянии сновидения на объектах сна.

«Мы достигаем первых врат, когда осознаем мгновение засыпания либо когда видим фантастически реальный сон. После того, как мы их достигли, нам необходимо пройти сквозь них, обретя способность сохранять образ любого объекта, присутствующего в содержимом наших снов.» (К. Кастанеда, Искусство сновидения, Первые врата сновидения)

Первые «врата сновидения» можно условно сравнить с первичным навыком ориентации ребёнка в окружающем его материальном мире. Прохождение «первых врат» сновидения – это достижение состояния при котором возможно удерживание в поле внутреннего зрения тела энергии любого из объектов сновидения с полным осознанием всего происходящего.

Вторые «врата сновидения» – это уже более сложная энергетически задача для «второго внимания» и тела энергии, которая состоит в обретении контроля не над одним, а над несколькими параллельными снами одновременно с возможностью осознанного переключения между ними, что требует на порядок больше энергии внимания и осознания в состоянии сновидения, когда тело энергии вырабатывает координацию и избирательность.

«Вторые врата сновидения достигаются тогда, когда ты «просыпаешься» из одного сна в другом сне. Ты можешь иметь столько параллельных сновидений, сколько захочешь. Или точнее столько, сколько сможешь. Главное – в одинаковой степени все их контролировать и «проснуться» в одном из них, а не в нашем мире известного.» (К. Кастанеда, Искусство сновидения, Вторые врата сновидения)

Одной из промежуточных задач «вторых врат» сновидения является преодоление притягательной силы отдельных деталей снов и «застревания» в отдельных моментах, событиях и сюжетах снов с потерей контроля над ситуацией.

Вторые врата можно условно сравнить с умением обычного ребёнка или подростка ориентироваться в незнакомой ему местности с умением всегда возвращаться обратно к дому. Если на этапе первых врат сновидения «второе внимание» обучалось только самому принципу восприятия в сновидении, то на этапе вторых врат уже само энергетическое тело предпринимает первые попытки действия и перемещения между параллельными сновидениями, как разными слоями духовной вселенной.

Особенностью преодоления «вторых врат» сновидения является то, что именно на этом этапе энергетическое тело человека впервые встречается «лицом к лицу» с обитателями и сущностями духовного мира, а проще говоря с бесами, которые обращают внимание на потенциал энергии духовного тела. Именно по этой причине прохождение вторых врат сновидения – это не только овладение искусством координации в сновидении, но и достижение возможности распознания и полного ухода от любого влияния бесов и сущностей духовного мира.

Любопытно, что и первые и вторые врата сновидения касаются только мира энергии и ещё не распространяются на мир повседневный, т.е. материальный. Задачу перехода и распространения «второго внимания» на мир материи как раз и решают третьи врата.

Таким образом, третьи врата сновидения ещё более расширяют возможности и степени свобод тела энергии «нового человека» за счёт того, что позволяют слить (интегрировать) две реальности мира энергии и мира материи в одну расширенную материально-духовную реальность. Это и есть обретение полноты и целостности осознания и восприятия телом энергии реального мира.

«Ты достигаешь третьих врат сновидения, когда обнаруживаешь себя во сне смотрящим на другого спящего человека. И когда этот другой человек оказывается тобой, — сказал дон Хуан.» (К. Кастанеда, Искусство сновидения, Вторые врата сновидения)

Фактически задачей третьих врат сновидения является осознанное овладение эффектом «аутоскопии», о котором мы говорили ранее, как возможностью наблюдения своего физического тела материи со стороны, т. е. зрением (видением) и вниманием тела энергии, что требует ещё большего потенциала энергии и большей координации с умением пересекать порог восприятия реальности. Третьи врата можно условно сравнить с умением молодого человека самостоятельно отправляться в далёкое путешествие (за рубеж) и возвращаться обратно, что есть возможность одинаково чётко воспринимать и мир энергии и повседневный мир материи.

На этапе третьих врат сновидения происходит уникальное действие, а точнее Акт полного слияния (интеграции) гиперсетевых структур двух тел, двух вниманий и двух осознанностей в одно расширенное интегральное осознание и восприятие. В результате тело энергии достигает такого уровня совершенства, что становится способным из мира энергии входить в материальный мир в полноте осознания и проявлять себя в повседневном мире как «двойник» физического тела, который первое время ещё не имеет плотности тела физического, а напоминает призрачное человекоподобное образование, подобное «привидению», и телу энергии требуется ещё некоторое время для обретения полного подобия физическому телу.

Говоря о третьих вратах сновидения, невозможно не сказать о ещё одной важной особенности данного уровня на котором впервые за всё время духовной практики и совершенства у человека открывается уникальная возможность прямого восприятия энергии любого объекта, именуемая «видением» духовным для чего достаточно одного лишь намерения видеть или внутренней команды, которая может произноситься как слух, так и внутренне.

Ещё одной уникальной особенностью третьих врат является актуализация на этом уровне «голоса видения» как своего рода «комментатора» происходящего, который комментирует всё происходящее во втором внимании и мире энергии с целью улучшения понимания смысла происходящего. Феномен «голоса видения» можно сравнить с «голосовым ассистентом», который помогает ориентации в мире энергии. При этом данный «ассистент» может проявляться не только в теле энергии, но и в физическом теле, вызывая в первый раз шок и панику с ощущением схождения с ума.

«Когда видящий видит, то нечто как бы объясняет ему все, что происходит по мере того, как в зону настройки попадают все новые и новые эманации, – продолжал дон Хуан. – Он слышит это как голос, говорящий ему что есть что. Если голоса нет, то происходящее с видящим не является видением.

Древние видящие считали, что голос этот принадлежит некоторой сверхмогущественной сущности, связанной с человечеством сокровенными и очень тесными узами. Они считали, что это существо – защитник и Друг человека. Для новых видящих голос видения – нечто совершенно непостижимое. Новые видящие говорят, что это свечение осознания и играет на эманациях Орла, как арфист играет на арфе.» (К. Кастанеда, Огонь изнутри)

Есть некоторые основания полагать, что «голос видения» в тольтекской традиции может быть аналогом духа утешителя в христианстве. «Утешитель» – по-гречески параклитос (παράκλητος) и первоначально обозначал призванного на помощь, защитника. В результате прохождения третьих врат сновидения тело энергии обучается перемещению между двумя мирами – повседневным и миром энергии.

Четвёртые врата сновидения ещё более расширяют подвижность и проницательность тела энергии до возможности путешествия не только в мире материи и за его пределы, но и в те особые места, которые не существуют в материальной реальности, а существуют только в намерении (представлении) других людей.

«Дон Хуан объяснил, что в четвертых вратах сновидения энергетическое тело путешествует в особые конкретные места, и что существуют три пути использования четвертых врат: первый – путешествовать в определенные места этого мира, второй – путешествовать в определенные места за пределами этого мира, и третий – путешествовать в те места, которые существуют только в намерении других.» (К. Кастанеда, Искусство сновидения, Арендатор)

Описание трёх последних врат сновидения в творчестве К. Кастанеды отсутствует, тем не менее, можно предполагать, что на этих вратах происходит полная интеграция двух тел – физического тела и тела энергии в качество «нового» человека, который становится христоподобным и в полной мере обоженным, как символом полного соединения (интеграции) земного и небесного в кристалле интегрального сознания, который и созерцал в своём видении пророк Иезекииль, как меркабу и колесницу совершенной души, прошедшей весь путь достижения божественного совершенства согласно Тетраморфа от Человека до Орла.

Можно предполагать, что прохождение всех семи врат сновидения дарует полноту свободы духа человека, который становится подобным Богу (Логосу), поскольку обретает всю полноту духовных и творческих возможностей создания собственных миров гармонии и тем самым участвуя в высокой работе Братства света и безусловной любви по расширению вселенной Логоса.

В следующей главе мы рассмотрим притчи Евангелия в сугубо духовном смысле через призму психологии Логоса.

(Глава из книги “Психология Логоса”, О «втором внимании» и «сновидении» в системе Логоса, 2024 г. К.В. Яцкевич)

Примечание: При использовании материала делать ссылки на источник.