«Мать всех добродетелей – молитва: она не только может очищать и питать, но и просвещать и в состоянии сделать подобными солнцу искренне молящихся.» (Св. Нил Синайский)
«Молитва есть вознесение ума и сердца к Богу, созерцание Бога, дерзновенная беседа твари с Творцом, благоговейное стояние души пред Ним, как пред Царем и Само-Животом [Источником Жизни], дающим всем живот [жизнь]; забвение для него всего окружающего нас, пища Души, воздух и свет, животворная теплота ее, очищение грехов, благое иго Христово, легкое бремя Его. (Св. Иоанн Кронштадский, О молитве, 4)
«Что молитва – основание всякого блага и способствует к достижению спасения и вечной жизни это решительно всякому известно;» (Св. Иоанн Златоуст, О молитве, Слово 2)
Существо молитвы
«Молитва по качеству своему есть пребывание и соединение человека с Богом; по действию же она есть утверждение мира, примирение с Богом, матерь и вместе дщерь слез, умилостивление о грехах, мост для прехождения искушений, стена, защищающая от скорбей, сокрушение браней, дело Ангелов, пища всех бесплотных, будущее веселие, бесконечное делание, источник добродетелей, виновница дарований, невидимое преуспеяние, пища души, просвещение ума, секира отчаянию, указание надежды, уничтожение печали, богатство монахов, сокровище безмолвников, укрощение гнева, зеркало духовного возрастания, познание преуспеяния, обнаруживание душевного устроения, предвозвестница будущего воздаяния, знамение славы. Молитва истинно молящемуся есть суд, судилище и престол Судии прежде Страшного Суда.» (Преп. Иоанн Лествичник, Лествица, Слово 28, 1)
«Сама молитва есть возникновение в сердце нашем одного за другим благоговейных чувств к Богу – чувства самоуничижения, преданности, благодарения, славословия, прощения, усердного припадания, сокрушения, покорности воле Божией и проч. Вся забота наша должна быть о том, чтоб во время наших молитвословий сии и подобные им чувства наполняли душу нашу, чтоб, когда язык читает молитвы или ухо слушает, а тело кладет поклоны, сердце не было пусто, а в нем качествовало какое-либо чувство, к Богу устремленное. Когда есть сии чувства — молитвословие наше есть молитва, а когда нет – оно не есть еще молитва» (Св. Феофан Затворник, О молитве, Как надобно молиться, Урок первый)
«Молитва – исправление жизни, мать сердечного сокрушения и слез; сильное побуждение к делам милосердия; безопасность жизни: уничтожение страха смертного; пренебрежение земными сокровищами, желание небесных благ, ожидание всемирного Судии, общего воскресения и жизни будущего века; усиленное старание избавиться от вечных мучений; непрестанное искание милости помилования у Владыки; хождение пред очами Божиими; блаженное исчезание пред всесоздавшим и всеисполняющим Творцом; живая вода души; молитва — вмещение в сердце всех людей любовию; низведение неба в душу; вмещение в сердце Пресвятой Троицы по сказанному к нему приидем и обитель у него сотворим (Иоан. 14, 23)..» (Св. Иоанн Кронштадский, О молитве, 4)
Молитва, как дыхание души
«Молитва – дыхание духовное; молясь, мы дышим Духом Святым: Духом Святым молящееся (Иуд. 1, 20). Итак, все церковные молитвы – дыхание Духа Святого, как бы духовный воздух и вместе с тем духовный огонь, духовная пища и духовное одеяние.
Молитва есть дыхание души, как воздух, дыхание естественное тела». (Св. Иоанн Кронштадский, О молитве, 32, 36)
«Она [молитва] отделяет тебя от бессловесных животных, она соединяет с ангелами, и если кто ревностно старается о том, чтоб посвятить всю свою жизнь на молитвы и служение Богу, то такой скоро сделает своим достоянием их устройство, и жизнь, и поведение, и честь, и благородство, и мудрость, и разум. Что могло бы быть святее беседующих с Богом?» (Св. Иоанн Златоуст, О молитве, Слово 2)
Молитва как высшее мышление
«Молитва есть восхождение ума к Богу» (Авва Евагрий Понтийский, Слово о молитве, 36)
«Молитва есть беседа ума с Богом. Какого же состояния должен достичь ум, чтобы он был в силах неизменно простираться к своему Владыке и собеседовать с Ним без всякого посредника?
«Молитва есть возношение ума и сердца к Богу, выраженное благоговейным словом человека к Богу.» (Православный катехизис, О молитве, 387)
«Нерассеянная молитва есть высшее мышление ума.» (Авва Евагрий Понтийский, Слово о молитве, 35)
Духовное рассуждение и возвышенное богомыслие тоже есть молитва
«Надлежит же знать нам, возлюбленные, и то, что всякая беседа, совершаемая втайне, всякое попечение доброго ума о Боге, всякое размышление о духовном установляется молитвою, и нарицается именем молитвы, и под сим именем сводится воедино, будешь ли разуметь различные чтения, или глас уст в славословии Богу, или заботливую печаль о Господе, или телесные поклоны, или псалмопение в стихословии, или все прочее, из чего составляется весь чин подлинной молитвы, от которой рождается любовь Божия; потому что любовь – от молитвы, а молитва – от пребывания в отшельничестве.» (Преп. Исаак Сирин, Слова подвижнические, Слово 39)
«Внимание, взыскующее молитву, ее и обретет, ибо как раз молитва, а не иное что, следует за вниманием, и именно ею и следует ревностно заниматься.» (Авва Евагрий Понтийский, Слово о молитве, 149)
«Доколе стоим на усердной молитве, дотоле и спокойно и тепло и легко и светло на душе; оттого, что тогда мы с Богом и в Боге; а как с молитвы долой, так и пошли искушения, разные смущения. О, преблаженное время молитвы!» (Св. Иоанн Кронштадский, О молитве, 8)
Роль внимания в молитве
«Как после недостойного причащения, так и после недостойной, холодной молитвы бывает одинаково, худо на душе. Это значит, что Господь не входит в наше сердце, оскорбляемый нашим сердечным неверием и холодностью, и попускает в сердце нашем возгнездиться духам злым, дабы дать нам почувствовать разницу между своим и их игом.» (Св. Иоанн Кронштадский, О молитве, 133)
«Зажигательное стекло тогда зажигает дерево или бумагу, или другое что удобосгораемое, когда мы наведем его на предмет так, что лучи солнечные, сосредоточенные в фокусе стекла, все сосредоточиваются на одной точке зажигаемого предмета, всею своею совокупностью действуют на него, и, таким образом, как бы все солнце в уменьшенном виде помещается на предмете.
Так и в молитве, тогда душа наша согревается, оживляется и воспламеняется умным Солнцем – Богом, когда умом своим, как зажигательным стеклом, мы наведем на сердце, как на духовную точку в нашем существе, это мысленное Солнце и когда Оно будет действовать на сердце всею Своею простотою и Своею силою.» (Св. Иоанн Кронштадский, Моя жизнь во Христе, Т1, 224)
Состояние души в момент молитвы
«Молитва – постоянное чувство [сознание] своей немощи или нищеты духовной, освящение души, предвкушение будущего блаженства, блаженство ангельское, небесный дождь, освежающий, напояющий и оплодотворяющий землю души, сила и крепость души и тела, освежение и очищение мысленного воздуха, просвещение лица, веселие духа, златая связь, соединяющая тварь с Творцом, бодрость и мужество во всех скорбях и искушениях жизни, успех в делах, равноангельское достоинство, утверждение веры, надежды и любви.» (Св. Иоанн Кронштадский, О молитве, 4)
«Прежде всего, молись о даре слез, дабы через сокрушение смягчить существующую в душе твоей грубость и, исповедовав свои беззакония Господу (Пс. 31:5), получить от Него прощение.
Пользуйся слезами для осуществления всякого прошения. Ибо весьма радуется о тебе Владыка, когда ты молишься со слезами.» (Авва Евагрий Понтийский, Слово о молитве, 5, 6)
Этапы освоения практики молитвы
Весь период освоения молитвенной практики по аналогии с тремя этапами восхождения подвижника к душевно-духовному совершенству, можно условно соотнести со следующими периодами:
- начальный период обучения молитвенной практике,
- период середины и
- период совершенства.
«Начало умной молитвы есть очистительное действо или сила Духа Святого, и таинственное священнодействие ума, как начало безмолвия – упразднение от всего или беспопечение; средина – просветительная сила (Духа) и созерцание, а конец – исступление или восторжение ума к Богу.» (Добротолюбие, Т. 5, Преп. Григорий Синаит, О заповедях и догматах, угрозах и обетованиях, 111)
«Молитва в новоначальных есть, как огнь веселия, из сердца исторгающийся; а в совершенных, как свет благоухающий, внутрь его действующий.» (Добротолюбие, Т. 5, Преп. Григорий Синаит, О заповедях и догматах, угрозах и обетованиях, 113)
«Начало молитвы состоит в том, чтобы отгонять приходящие помыслы при самом их появлении; средина же ее – в том, чтобы ум заключался в словах, которые произносим и помышляем; а совершенство молитвы есть восхищение ко Господу».». (Преп. Иоанн Лествичник, «Лествица», Слово 28, П. 19.)
Виды молитвы:
- – гласная, (словесная) – телесная,
- – умная (внимательная) – телесно-душевная,
- – сердечная (умно-внимательная) – душевная,
- – непрестанная (безмолвная) – душевно-духовная,
- – чистая * (созерцательная, священная, восхищенная) – духовная.
* Выше чистой молитвы уже нет молитвы, т.к. нет движения ума.
Молитва – основа всех добродетелей
«Конечно, всякая добродетель, творимая ради Христа, дает благодать Духа Святого, но более всего дает молитва, потому что она всегда в руках наших, как орудие для стяжания благодати Духа». (Преп. Серафим Саровский, О стяжании Святого Духа, Беседа преподобного с Николаем Александровичем Мотовиловым)
«Мать всех добродетелей – молитва: она не только может очищать и питать, но и просвещать и в состоянии сделать подобными солнцу искренне молящихся».(Преп. Нил Синайский, Творения, Ч.1 ).
«Молитва, совершаемая с усердием, есть свет для ума и души, свет неугасимый». (Св. Иоанн Златоуст, Творения, 2-е Изд. Ч.1)
«Кто скажет, что молитвы суть нервы души, тот скажет сущую правду. Ибо как при целости нервов тело живет, стоит и ходит, с пересечением же их совершенно расстраивается, так и души тверды и легко текут путем благочестия, если в них живет молитва. Если же ты лишишь себя молитвы, то сделаешь в душе то же, что делает в теле пересечение нервов,- она замрет. По другому сравнению, как для рыбы жизнь – вода, так для души твоей – молитва». (Преп. Ефрем Сирин, О молитве)
«Как за какою царицею, в город входящею, следует всякое богатство, так за молитвою, в душу входящею, входит и всякая добродетель» (Добротолюбтие, Т. 5, Св. Иоанн Златоуст)
С точки зрения парадигмы православной психологии молитва – это способ и техника концентрации всех сил души и прежде всего силы ума при помощи функции внимания, который позволяет душе сосредотачиваться на Боге, изменяя при этом «горизонтальный» локус сознания и восприятия на «вертикальный», в результате чего происходит естественное ослабление рефлексии эго ума с активизацией нравственного сознания.
О непрестанной молитве
«Твердо ведай, что непрестанная молитва та есть, которая не отходит от души ни днем ни ночью, и которая состоит не в воздеянии рук, не в положении тела молитвенном и не в возглашении молитв языком, чтоб можно было ее видеть телесными очами, но состоит в умном делании с памятованием о Боге при постоянном умилении, и уразумевается только умеющими уразумевать сие.
Можно пребывать всегда в молитве, если помыслы свои держать собранными под владычеством ума в мире и благоговеинстве полном, в глубины Божии проникая и ища вкусить оттуда истекающую сладчайшую струю созерцания: что при отсутствии мира (помыслов) невозможно. Только в том, у кого душевные силы умиротворены ведением, может благоустроиться непрестанная молитва. » (Преп. Никита Стифат, Вторая сотница естественных психологических глав об очищении ума. 74, 75)
О чистой молитве
«Ничто другое так, как чистая и чуждая всего вещественного молитва, не делает человека достойным собеседником Бога и не соединяет с Ним того, кто словом молится Ему нерассеянно, в духе, когда при том душа его омывается слезами, услаждается сладостью умиления и светом Духа просвещается.» (Преп. Никита Стифат, Вторая сотница естественных психологических глав об очищении ума, 69)
«Как вся сила законов и заповедей, какие Богом даны людям, по слову отцов, имеет пределом чистоту сердца, так все роды и виды молитвы, какими только люди молятся Богу, имеют пределом чистую молитву. Ибо и воздыхания, и коленопреклонения, и сердечные прошения, и сладчайшие вопли, и все виды молитвы, как сказал я, имеют пределом чистую молитву и до нее только имеют возможность простираться. А когда достигнута чистота молитвенная и даже внутренняя, тогда ум, как скоро преступит этот предел, не будет уже иметь ни дерзновения на молитву и молитвенное движение, ни плача, ни власти, ни свободы, ни прошения, ни вожделения, ни услаждения чем-либо из уповаемого в сей жизни или в будущем веке. И посему-то после чистой молитвы нет иной молитвы.» (Преп. Исаак Сирин, Слова подвижнические, Слово 16)
«Как из многих тысяч едва находится один, исполнивший заповеди и все законное с малым недостатком и достигший душевной чистоты, так из тысячи разве один найдется, при великой осторожности сподобившийся достигнуть чистой молитвы, расторгнуть этот предел и приять оное таинство, потому что чистой молитвы никак не могли сподобиться многие; сподобились же весьма редкие; а достигший того таинства, которое уже за сею молитвою, едва, по благодати Божией, находится и из рода в род.» (Преп. Исаак Сирин, Слова подвижнические, Слово 16)
«Наконец, поверь, брат, что ум имеет возможность различать свои движения только до предела чистой молитвы. Как же скоро достигает туда и не возвращается вспять или не оставляет молитвы, – молитва делается тогда как бы посредницею между молитвою душевною и духовною. И когда ум в движении, тогда он в душевной области; но как скоро вступает в оную область, прекращается и молитва. Ибо святые в будущем веке, когда ум их поглощен Духом, не молитвою молятся, но с изумлением водворяются в веселящей их славе. Так бывает и с нами. Как скоро ум сподобится ощутить будущее блаженство, забудет он и самого себя и все здешнее, и не будет уже иметь в себе движения к чему-либо.» (Преп. Исаак Сирин, Слова подвижнические, Слово 16)
* * *
